Филев Владислав феликсович биография

Как брокер стал авиатором

  • Чтобы сохранить этот материал в
    избранное, войдите или зарегистрируйтесь Материал добавлен в «Избранное» Вы сможете прочитать его позднее с любого устройства. Раздел «Избранное» доступен в вашем личном кабинете Материал добавлен в «Избранное» Удалить материал из «Избранного»? Удалить Материал удален из «Избранного»
  • Чтобы сохранить этот материал в
    избранное, войдите или зарегистрируйтесь Материал добавлен в «Избранное» Вы сможете прочитать его позднее с любого устройства. Раздел «Избранное» доступен в вашем личном кабинете Материал добавлен в «Избранное» Удалить материал из «Избранного»? Удалить Материал удален из «Избранного»

Владислав Филев Д. Гришкин / Ведомости

Стать бизнесменом военному инженеру Владиславу Филеву помогла его дружба с учредителем инвестиционной компании «Еврофинансы», а впоследствии основателем сети «Иль де Ботэ» Алексеем Грибковым. Они вместе окончили в 1985 г. Военно-космическую академию им. Можайского, а в начале 1990-х гг. уволились из армии и занялись бизнесом. Грибков – в Москве, Филев – в Новосибирске.

«Жена Филева Наталья как раз работала в новосибирском Гарантбанке, и «Еврофинансы» оформили на нее лицензию для работы в новосибирском филиале инвестиционной компании. Филевы занялись операциями с векселями, зачетами, ГКО», – вспоминает знакомый владельцев группы S7. Они выкупали эмиссии городских и областных векселей и ждали момента, когда крупным местным предприятиям придет время платить налоги. У заводов денег не было, поэтому они соглашались на предложение Филевых: заплатить долги в обмен на их продукцию.

Одна из таких бартерных схем и привела супругов в авиацию. Авиаотряд «Сибирь» из аэропорта «Толмачево» отправил на ремонт в Минводы один из своих самолетов. Местный завод работы провел, но отряд не смог их оплатить. Филевы погасили долг в 3 млн руб. и вызволили самолет, но авиакомпания и с ними не смогла рассчитаться. «Директор авиакомпании был неплохой человек, летчик, но никакой руководитель», – вспоминает собеседник «Ведомостей». В администрации Новосибирской области тоже были недовольны руководством авиакомпании, копившей долги по зарплате и налогам.

Чиновники предложили Филевым собрать контрольный пакет акций, пообещав затем его выкупить. Филевы быстро собрали недостающие 26%, а вот в администрации с выкупом не спешили. «Деньги на скупку акций Филевы заняли у своих московских знакомых и у новосибирских компаний – $20 млн, страшная сумма», – вспоминает собеседник «Ведомостей». В 1998 г. Филевы решили сами консолидировать контрольный пакет, закрыли свою финансовую компанию и всей командой перешли работать в «Сибирь», прежнее руководство которой было уволено, как этого и хотела администрация области.

За следующие пару лет Филевы скупили самолеты еще пяти обанкротившихся региональных компаний – «Саяна», «Энкора», авиапредприятий Барнаула, Кемерова и Томска. По словам собеседника «Ведомостей», заняться консолидацией региональных авиакомпаний Филевым посоветовал тогдашний начальник Западно-Сибирского регионального управления Росавиации Владимир Тасун, возглавлявший тогда совет директоров «Сибири». В то время это был единственный способ получить новые лицензии на маршруты.

С Тасуном, который успел после регионального управления поработать руководителем департамента государственной политики в области гражданской авиации Минтранса (в 2007–2014 гг.) и сейчас возглавляет Ассоциацию эксплуатантов воздушного транспорта, Филевы поддерживают хорошие отношения до сих пор. Как признавался в интервью «Коммерсанту» Владислав Филев, именно Тасун осенью прошлого года поддержал его намерение приобрести «Трансаэро».

Получив «Сибирь», Филев чуть было не купил еще и «Внуковские авиалинии». Контрольный пакет авиакомпании предложили владевшие ею через «Росавиаконсорциум» Сулейман Керимов и Татевос Суринов. Объединенная авиакомпания могла претендовать на более чем 40 основных магистральных маршрутов из 150 существовавших в то время и чуть ли не на 10% российских пассажиров, – подсчитывал в 1999 г. «Коммерсантъ». Еще до завершения сделки Филев в 1998 г. был назначен гендиректором «Внуковских авиалиний», привез в Москву свою команду менеджеров, но условия продажи поменялись. Суринов и Керимов уменьшили продаваемый пакет до 49%, Филевы отказались и вернулись в Новосибирск.

После несостоявшейся продажи авиакомпании Керимов вышел из «Внуковских авиалиний», а Суринов и его партнер Ибрагим Сулейманов вывели все активы авиакомпании и обанкротили ее. Вся недвижимость и авиапарк достались фирме «Центролизинг», которая в начале 2000-х продала весь парк неназванному покупателю. По данным сайта OneSpotter.com, все бывшие самолеты «Внуковских авиалиний» – 17 Ту-154М и 13 Ил-86 – в 2001–2003 гг. перешли в пользование «Сибири». По словам человека, знакомого с условиями сделки, Филев приобрел эти самолеты у совладельца аэропорта «Домодедово» Дмитрия Каменщика, которому они достались за долги. С Каменщиком Филев познакомился в конце 1990-х, когда владелец «Домодедово» прилетал в Новосибирск уговаривать совладельца «Сибири» перебазироваться к нему в аэропорт. «Расплатились за самолеты векселями Сбербанка, которые привезли из Новосибирска в обычном чемоданчике», – вспоминает собеседник «Ведомостей». Сумму покупки он не раскрывает.

Одних самолетов было мало, никто не верил, что Филеву отдадут еще и лицензии «Внуковских авиалиний». Выручил совладельцев «Сибири» руководитель Росавиации Александр Нерадько. «Он пошел на беспрецедентный шаг. Согласился отдать маршруты «Сибири» при условии погашения всех долгов «Внуковских авиалиний» перед госпредприятиями», – вспоминает знакомый Филева. Кредиторская задолженность авиакомпании в то время оценивалась в 600 млн – 1 млрд руб. «Маршруты Филевы получили, а долги потом возвращали долгие восемь лет», – продолжает он.

С самолетами и маршрутами разорившихся «Внуковских авиалиний» «Сибирь» уже к концу 2002 г. заняла первое место по перевозкам внутри России, отметила компания в годовом отчете.

В 2004 г. Филев чуть было не купил у Каменщика еще 12 Ил-62 и три Ил-96, ранее принадлежавших «Домодедовским авиалиниям». Эти самолеты, по данным Счетной палаты, были выведены из авиакомпании в 2002–2003 гг. «Домодедовские авиалинии» оплатили свои долги перед аэропортом «Домодедово» векселями, которые позже погасили самолетами, выяснили аудиторы. В итоге собственниками воздушных судов стали два кипрских офшора – Orleston Trading и Leadhills Investments. Группа «Ист лайн» Каменщика отрицала свою причастность к сделке, по словам ее представителя, векселя были проданы сторонним структурам. Но как минимум Orleston Trading могла иметь отношение к структурам Каменщика. В судебных документах говорится, что часть бывшего авиапарка «Домодедовских авиалиний» арендовала у офшора авиакомпания «Ист лайн» Каменщика.

Впрочем, сделка все равно не состоялась. Самолеты приобрела KrasAir Бориса Абрамовича.

У Каменщика Филевы позже, в 2011 г., выкупили «Домодедовский центр сертификации», «Домодедово текник» и «АТБ Домодедово», на базе которых и был создан домодедовский филиал их базы технического обслуживания.

Несостоявшаяся покупка самолетов была не единственной неприятностью, с которой столкнулись Филевы в 2004 г. «2003 год был блестящим, а в 2004 г. у «Сибири» был взорван самолет», – вспоминает знакомый Натальи Филевой. Тогда две террористки-смертницы взорвали Ту-154 «Сибири» и Ту-134 «Волга-авиаэкспресса».

По словам собеседника «Ведомостей», каждая такая трагедия несла около $100 млн убытков для авиакомпании. «Это страховые выплаты людям, экипажу, большой отток пассажиров», – говорит знакомый совладельца «Сибири». Всего у авиакомпании было три подобных происшествия. В 2001 г. во время учений украинские ПВО сбили Ту-154 «Сибири», летевший из Тель-Авива в Новосибирск. В 2006 г. А310 «Сибири» в Иркутске выкатился за пределы взлетной полосы и врезался в гаражи. Из 203 человек на борту тогда погибло 125. Убытки от трагедии составили $120 млн.

В мае 2013 г. Филевы выкупили на торгах государственный пакет в 25,5% акций «Сибири», увеличив долю в компании до 94,8%. Компания приобрела блокпакет за 1,33 млрд руб. – на 11 млн руб. выше стартовой минимальной цены. Организатором продажи был Альфа-банк, на тот момент крупнейший кредитор «Сибири». Заявки на участие в торгах кроме самой авиакомпании подали консорциум «Еврофинансы-недвижимости» и «Фондовых стратегических инициатив», подконтрольных армейским друзьям Филева.

Плата за риск. Зачем владелец группы компаний S7 Владислав Филев подался в космос

В прошлом году его фамилия около двух месяцев не сходила с первых полос федеральных изданий с новостями о готовящейся сделке по покупке авиакомпании «Трансаэро» в пику «Аэрофлоту». Но сделка не состоялась – продавец не собрал контрольный пакет, чему Филев, вероятно, только порадовался. Взвалить на себя убыточную компанию, которая, к тому же, по объемам бизнеса превышает собственный, задача непростая.

В конце сентября этого года бизнесмен заявил о приобретении космического проекта «Морской старт» за $150 млн и партнерстве с РКК «Энергия» в разработке и запуске ракет на геостационарную орбиту Земли. Перед репортерами и объективами телекамер на совместной с «Энергией» пресс-конференции Филев чувствовал себя более чем уверенно. «В авиации я не могу быть первым, уже есть «Аэрофлот», но в космосе буду», – заявил он журналистам и тут же объяснил, что космическая отрасль привлекла его множеством передовых достижений, а он, в отличие от других, знает, как эти достижения монетизировать. Не обошлось и без уколов в адрес Роскосмоса. «При всем техническом, научном и технологическом развитии космонавтика выглядит недоразвитой как отрасль. В космонавтике тот, кто делает ракеты, тот их и запускает, и сам управляет спутниками. Представьте себе авиакомпанию, которая сама делает самолеты, сама строит себе аэропорты». Глава РКК «Энергия» Владимир Солнцев на эти слова не обратил внимания, а позднее признал, что действительно Роскосмос умеет разрабатывать и строить ракеты, но не умеет их продавать. «Энергия» около двух лет безрезультатно искала на Западе покупателя на «Морской старт» и наконец нашла в России. «Ко» разбирался, чем руководителя второй по объемам перевозок российской авиакомпании привлек космос.

Взлет-посадка

Бизнес по запуску спутников на геостационарную орбиту набирает обороты. По оценкам Satellite Industry Association, объем этого рынка в прошлом году составлял $5,4 млрд. В мире пока только Россия, США, Европейский союз, Украина, КНР, Индия, Израиль, Япония обладают ракетно-космическими технологиями. И всего три страны постоянно запускают спутники на коммерческой основе, а еще три – время от времени и в значительно меньшем объеме.

В 2015 г. в космос стартовало 87 ракет-носителей, из них 29 запущено Россией, 20 – США, 19 стартов провел Китай. «На орбиту летают российские «Протоны», SpaceX Илона Маска на ракете Falcon, совместный проект Европейского космического агентства и компании Arianespace с ракетами Ariane, – перечисляет генеральный директор российской частной ракетостроительной компании «Лин индастриал» Алексей Калтушкин. – Конкуренция усиливается, и каждый неудачный запуск заставляет заказчиков перестраховываться, бронируя запуск ракеты у конкурента». «Морской старт» – это попытка выйти на интересный и быстрорастущий рынок запуска космических спутников путем приобретения готового проекта, – заявил «Ко» исполнительный директор кластера космических технологий и телекоммуникаций, вице-президент фонда «Сколково» Алексей Беляков. – Это бизнес-проект, и он быстро окупится, если удастся договориться с Украиной и наладить производство ракет-носителей «Зенит», изначально для него предназначенных».

Проект «Морской старт» появился в 1995 г. Это плавучий космодром «Одиссей» в центре Тихого океана и прилагающееся к нему судно, а также оборудование и наземная база в порту Лонг-Бич близ Лос-Анджелеса. Изначально проект был международным: 40% акций управляющей компании принадлежало Boeing, 25% – РКК «Энергия», украинским КБ «Южное» и производственному объединению «Южмаш» досталось по 5% и 10% соответственно. Оставшиеся 20% принадлежали норвежской судостроительной компании Aker Kværner (ныне – Aker Solutions).

С момента создания в проект было вложено более $3,5 млрд, тем не менее он оказался убыточным. Причина – высокая стоимость обслуживания платформы при небольшом количестве запусков. В 2009 г. компания обанкротилась, ее долги приблизились к $1 млрд. В 2010 г. иностранцы практически полностью вышли из проекта (у «Энергии» оказалось 95% акций, 3% – у Boeing и 2% – у Aker Solutions), а в 2014 г. из-за конфликта с Украиной, производившей ракеты «Зенит», запуски остановились. «Энергия» была рада расстаться с «Морским стартом», но долго искала покупателя.

Ближе к власти

Переговоры с Филевым длились полтора года, в чем признался сам бизнесмен. То есть они начались спустя несколько месяцев после банкротства авиакомпании «Трансаэро», которую Филев пытался купить, но весьма элегантно этого не сделал. Он аргументировал отказ от сделки тем, что продавец, которым являлся Александр Плешаков, не смог консолидировать контрольный пакет акций, а кроме того, значительная часть их бумаг находится в залоге у ВТБ и других банков. Последний даже обвинял Филева в срыве договоренностей и собирался подать в суд, поскольку сделка была действительна в течение 60 дней с момента подписания, и выход из нее в одностороннем порядке нарушал договоренности. Почему тогда Филев пошел на попятную, объяснить довольно просто. 26 октября 2015 г. у «Трансаэро» отозвали сертификат эксплуатанта, «Аэрофлот» забрал 56 самых интересных ее маршрутов. Самолеты «Трансаэро» вернули себе лизингодатели. Долги компании оценивались в 260 млрд руб. От «Трансаэро» уже практически ничего не осталось. Разве что бренд, который был окружен скандалами и негативной информацией.

Решение Филева о покупке было вызвано желанием не допустить монополию «Аэрофлота», образующуюся на рынке с уходом перевозчика номер два, которым совсем недавно была «Трансаэро». К тому же, S7 могла рассчитывать на некоторые преференции со стороны государства и господдержку, возлагая на себя социальные обязательства перед работниками обанкроченной авиакомпании и пассажирами. Плюс желание стать too big to fail, что также давало некую защищенность от посягательств того же «Аэрофлота» или государства.

Похоже, что по этой же причине Филев и заинтересовался «Морским стартом». «При нынешней ситуации на рынке полностью частной компании становится неуютно вести бизнес, требуется участие в важных госпроектах, а «Морской старт» как нельзя лучше подходит для этого, – сообщил «Ко» источник, близкий к Минтрансу. – Это инициатива самого Филева, вряд ли кто из чиновников мог додуматься предложить ему этот проект».

На какие деньги

Пока сделка не закрыта, поскольку она требует одобрения Госдепартамента и Министерства финансов США. Но и после этого нельзя будет утверждать, что проект станет полностью частным. Юридически вся инфраструктура принадлежит S7 Group. Но управление будет частно-государственным: S7 заключила соглашение о сотрудничестве с «Энергией», что косвенно подтверждает мысль о намерении бизнесмена укрепить свои позиции за счет участия в важном для государства проекте. «Со стороны «Энергии» это техническая поддержка, со стороны S7 – маркетинг, финансовые технологии и управленческий опыт», – говорит Владимир Солнцев. По словам самого Владислава Филева, давление государства S7 не испытывает. Береговая инфраструктура пока останется в США, штаб-квартира «Морского старта» переедет в Москву, а сам проект, по словам Филева, «станет полностью русским».

Откуда у S7 деньги на сделку, это еще один вопрос, исчерпывающего ответа на который пока нет. В 2015 г. суммарная выручка по РСБУ ЗАО «Группа компаний «С 7» и принадлежащих ей авиакомпаний «Сибирь» и «Глобус» составила 102 млрд руб., суммарная чистая прибыль – 1,9 млрд руб. (около $30 млн), консолидированные показатели группа не раскрывает. «На авиационном бизнесе Филевы заработали достаточно денег, чтобы их можно было направлять на другие проекты, – говорит исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев. – Они имеют финансовый ресурс, чтобы значительную часть сделки оплатить из собственных средств». По оценкам Forbes, состояние семьи Филевых в прошлом году оценивалось в 15 млрд руб.

Об предстоящих инвестициях Филев также не распространяется. «Космических проектов такое количество, что потратить можно очень много. Но будем исходить из возможностей: наша выручка – примерно 100 млрд руб. в год, мы прибыльные, не имеем долга. Мы не думаем ограничиваться только запусками, но планируем оказывать интегральные услуги, например, запускать собственный спутник, – сказал он. – Запуск может стоить $70 млн, сам спутник – $250 млн, весь проект – $320, в год получается $1,6 млрд – каждый год столько вытаскивать из кармана невозможно, будем искать партнеров».

Плата за риск

Реанимировать платформу S7 планирует к концу 2018-го, через 18 месяцев после одобрения сделки (этот процесс займет полгода). Филев уверен, что ресурса платформы хватит еще на 90 запусков (затем понадобится модернизация) – по шесть запусков в год в течение 15 лет. Это, по его словам, позволяет говорить об использовании ракет от разных производителей. Но «Морской старт» рассчитан на пуск украинских ракет «Зенит». «Энергия» предлагает новую ракету-носитель для «Морского старта», но она появится в течение пяти лет. Придется пока договариваться с Киевом. В украинском «Южмаше» заявили, что смогут начать отгружать «Зениты» в конце 2017 г., если финансирование начнется в октябре этого года. Но не вмешается ли вновь большая политика? «Доверия к Украине в этом вопросе нет никакого», – говорит член-корреспондент Российской академии космонавтики им. К.Э. Циолковского Андрей Ионин.

Рисков Филев особенно не боится и цитирует знаменитостей: «Как сказал Билл Гейтс, любую компанию от банкротства отделяют только 180 дней. Джек Уэлш сказал, что, как ни предсказывают экономические кризисы, они всегда приходят внезапно, но тот, кто выживает, становится сильнее». Он получил входной билет в космос по цене, которую может себе позволить заплатить. «Это как дорогой лотерейный билет, – говорит «Ко» собеседник в авиационной отрасли. – Если позволить себе его купить, можно выиграть очень многое. Если Филев проиграет, продолжит заниматься авиацией».